Первый в России алмазный цех

 

 

Первый цех алмазного инструмента в России был создан на исходе прошлого века Константином Сергеевичем Алексеевым, который под фамилией Станиславский стал всемирно известен как актер, режиссер и реформатор театра, основоположник науки о сценическом искусстве, один из создателей Московского художественного театра (впоследствии МХАТ СССР им. Горького).

В Москве, около Таганской площади, на улице Большая Коммунистическая (бывшая Большая Алексеевская) под № 29 стоит старинный особняк с классическими колоннами и двумя крыльями, окаймляющими большой двор. В этом доме, почти сохранившем до наших дней свой первозданный  облик, в семье  коммерции советника Сергея Владимировича Алексеева 5 (17) января 1863 года родился Константин Сергеевич Станиславский.

Неподалеку от этого дома находится одно из старейших московских предприятий — завод «Электропровод». История его начинается с основанной в 1785 году купцом Семеном Алексеевым (прадед Константина Сергеевича) фабрики «волоченного и плащенного золота и серебра», выпускавшей на рынок тонкую и тончайшую проволоку, золотые и серебряные нити (шелковая нитка, обвитая плоской проволокой), канитель (тонкую витую проволоку) и другие изделия. В 1812 году во время нашествия Наполеона фабрика сгорела, и Семен Алексеев построил новые корпуса именно на том месте, где сейчас находится кабельный завод «Электропровод».

В Москве прошлого века производство канители было одной из наиболее развитых отраслей металлообрабатывающей промышленности. В городе насчитывалось свыше двадцати золотоканительных фабрик. А самой крупной из них была фабрика, принадлежавшая торговому и промышленному товариществу «Владимир Алексеев», которым в то время руководил отец Константина Сергеевича С. В. Алексеев.

Еще гимназистом Станиславский принимал участие в любительских спектаклях как актер и режиссер. Свою первую роль он сыграл, когда ему было... четыре года.

Казенная обстановка гимназии тяготила будущего корифея театра. «...Я никогда не умел зубрить, — напишет он впоследствии в своих воспоминаниях, — непосильная работа, задаваемая памяти, совершенно истощила ее и испортила на всю жизнь. Как актер, которому нужна память, я претендую на это увечье и с недобрым чувством вспоминаю гимназическое время».

По окончании седьмого класса он сумел убедить родителей забрать его из гимназии и осенью 1881 года поступил на работу и контору золотокаиительной фабрики. «Он быстро освоился с делом, — писал в своих воспоминаниях старший брат Константина Сергеевича В. С. Алексеев, — им были довольны. Работа там была кропотливая и ответственная. Приходилось иметь дело с золотниками и долями золота и серебра. Трудность была еще и в том, что надо было взвешивать металл, катушки, крохи и прочее правой рукой на очень чувствительных коромысловых весах, а на счетах одновременно считать левой рукой».

Первые годы работы не оправдали надежд юноши. Конторская деятельность показалась ему скучной, однообразной и даже ненужной. Его интересовали техника, машину и вообще все, что было связано непосредственно с производством. Но посвятить себя этому делу он смог лишь после назначения его директором фирмы. Получив широкие полномочия, Константин Сергеевич с большой энергией взялся за усовершенствование производства.

На этом поприще ему пришлось столкнуться с серьезными трудностями. Годы, совпавшие с его приходом на фабрику, были периодом застоя в отечественном золотоканительнои производстве. В то время как в промышленно развитых странах Западной Европы металлообрабатывающая промышленность под влиянием ряда научных открытий и технических изобретений второй половины XIX века стала усиленно развиваться, многие отечественные предприятия работали с устаревшим оборудованием, зачастую дедовскими методами.

Чтобы эффективно воздействовать на производство, обновить его, использовать новые технические идеи и решения, надо было как можно быстрее изучить сложную и разнообразную технологию. И Константин Сергеевич стал серьезно и целеустремленно вникать в суть дела. Он допоздна задерживался в задымленных, пропахших машинным маслом цехах, пытливо знакомился с устройством машин, технологическими процессами, Лучшими его учителями здесь были старые мастера и рабочие. Инженеров на фабрике тогда не было.

Мастеровые проникались невольным уважением к высокого роста, складно сложенному юноше, который с карандашом и записной книжкой в руках переходил от машины к машине, стараясь понять все детали производства. Но вряд ли кто-нибудь из них мог предугадать, что пытливому молодому человеку предстоит осуществить коренное преобразование технологического процесса.

Работа на фабрике отнимала очень много времени и сил, но Константин Сергеевич не изменяет своей «первой   любви» — театру.  Он один из организаторов Общества искусства и литературы, в то время центра театральной, музыкальной и литературной жизни Москвы.

Нелегко было одновременно работать в театре и на фабрике. Особенно если учесть, что популярность Станиславского как актера быстро росла. Он становится известен и как режиссер.

Старший брат Константина Сергеевича писал! «Когда у Кости началось серьезное увлечение театром и сценой, занятия на фабрике стали тяготить его. Чтобы не задохнуться, надо было найти выход для себя и вместе с тем не погубить дела. И вот Костя, составив себе план действия, принялся с тройной энергией за организацию дела на новых условиях. Приходилось целыми днями сидеть над планами зданий и расположением машин, обдумывать новые условия существования действительно утопающего в рутине дела».

Станиславский решает изучить опыт лучших зарубежных фабрик, что было не так просто в условиях жестокой конкуренции между предприятиями.

В апреле 1892 года Константин Сергеевич выезжает за границу для ознакомления с постановкой золотока-нительного дела на фабриках Западной Европы.

В Мюльгаузене (Германия) он знакомится с последними техническими новинками на знаменитых тогда фабриках Шварца и Венинга.

Затем он держит путь во Францию, в один из мировых центров золотоканительнои промышленности — Лион. Переехав в Париж, он посещает металлообрабатывающие заводы и золотоканительные фабрики, обсуждает с местными инженерами и техниками технологические вопросы. «...Все, кажется, устроилось хорошо, — пишет он своим родителям из Парижа, — и по приезде в Москву я буду знать все, и даже больше, по интересовавшим меня вопросам золотоканительного дела...»

Далее он сообщает: «Я купил машину, которая сразу тянет товар через 14 алмазов. Другими словами: с одного конца машины идет очень толстая проволока, а с другого выходит совершенно готовая... Очень этим доволен и надеюсь, что но приезде мне удастся поставить золотоканнтелыюо дело так, как оно поставлено за границей».

Предприимчивые фабриканты золотоканительных изделий уже в то время поняли, что единственным материалом для волок (фильер), способным противостоять разрушающему действию движущейся металлической проволоки, является алмаз.

Алмазы, о которых идет речь в письме Станиславского, а точнее, алмазные волоки, представляют собой заключенные в специальные оправы кристаллы алмаза с отверстиями заданного диаметра.

Закупленная Константином Сергеевичем машина состояла из 14 последовательно расположенных алмазных волок со все уменьшающимися отверстиями. Это был волочильный станок многократного действия — последнее слово техники того времени.

Вернувшись на родину, Станиславский не ограничился установкой чужеземной машины. В то время производство алмазных волок было монополизировано и находилось в руках нескольких фабрикантов, главным образом французских и итальянских. Отечественные предприятия, покупая за границей алмазные волоки, вынуждены были после износа отправлять их обратно на фильерные фабрики. Работая на привозном алмазном инструменте, предприятия находились в полной зависимости от иностранных фирм.

И Станиславский принимает весьма смелое для того времени решение — организовать производство алмазных волок непосредственно на фабрике. В 1894 году был создан первый в России цех алмазного инструмента — алмазных волок.

 

 

 

 Немалая заслуга в организации и становлении этого цеха принадлежит фабричным умельцам, которые под руководством Станиславского за короткий срок освоили такой сложнейший технологический процесс, как обработка самого твердого в природе материала — алмаза.

Для оснастки цеха часть станков удалось выписать из Швейцарии. Однако основное оборудование было изготовлено на месте. В этом деле большую инициативу и творческую выдумку проявил механик фабрики выходец из рабочих П. И. Бурылин.

Сначала технологический цикл обработки был неполный: производились лишь подшлифовка и полировка изношенных алмазных волок. Однако и это было уже немалым достижением, так как отпала необходимость посылать алмазные волоки за границу для исправления.

Применение такого замечательного камня, как алмаз, способствовало созданию основной технической предпосылки для существенного усовершенствования канительного производства.

Действительно, за срок службы одной алмазной волоки приходят в полную негодность тысячи и десятки тысяч стальных волок. С помощью алмазных волок диаметр нитей удалось довести до 30 микрометров, делать их в 2—3 раза тоньше, чем раньше. Изделия фабрики становятся известными на иностранных рынках. Они экспортируются в Индию, Китай, Турцию, США и другие страны.

В 1900 году на Всемирной выставке в Париже фабрика демонстрировала новый вид золотоканительных нитей, отличающихся особой тонкостью и мягкостью. Это изделие  получило  высшую награду выставки — «Гран при». К. С. Станиславский и- некоторые другие работники фабрики были награждены медалями выставки.

В конце XIX — начале XX столетия происходят коренные преобразования производства. Быстро развивающейся электротехнической промышленности потребовалось большое количество различных проводов.

В 1905 году на заседании правления золотоканитель-ной фабрики под председательством Станиславского принимается решение об организации производства электротехнической проволоки. А еще через несколько лет фабрика почти целиком переключается на производство кабелей и проводов. Трудно переоценить значение алмазных волок в кабельной и других отраслях современной промышленности, в частности в электропромышленности при изготовлении спиралей для электрических ламп.

Вольфрамовая нить, из которой изготовляется спираль, должна быть равномерной по толщине. Там, где нить тоньше, резко увеличивается сопротивление электрическому току, и спираль перегорает.

Тонкую, одинаковой толщины вольфрамовую нить начали изготовлять в нашей стране уже в советское время с помощью алмазных волок. Освоение производства вольфрамовых спиралей было одним из первых крупных успехов отечественной электропромышленности.

Ныне алмазные волоки широко применяются и в электронной промышленности. С их помощью протягивается проволока для нитей накала электронных ламп и других специальных ламп. Алмазы незаменимы при волочении тонких проволок из твердых сплавов, особенно в тех случаях, когда требуется точная окружность и постоянство диаметра сечения, гладкая поверхность.

И нити парашютной ткани протягиваются с помощью алмазных волок. При этом ткань приобретает особую гладкость, необходимую для своевременного и быстрого раскрытия парашюта. Алмазные волоки устанавливают и в машины для прядения искусственного волокна.

Пропущенная через алмазные волоки тонкая латунная проволока используется для изготовления специальных лабораторных сит. На один квадратный сантиметр такого сита приходится три-четыре тысячи отверстий.

В пищевой промышленности используются проволочные сита-фильтры из. строго калиброванной тончайшей проволоки, которую можно получить только с помощью алмазных волок.

Приведенными примерами, разумеется, далеко не исчерпывается применение в современной технике алмазных волок (фильер).

Одна алмазная волока заменяет от 60 до 375 твердосплавных. Известен случай, когда через одну алмазную волоку была пропущена проволока такой длины, что ею можно было несколько раз опоясать земной шар. Сегодня изготавливаются волоки с отверстием диаметром до 10 микрометров.

Изготовление алмазной волоки требует громадного труда. Надо не только просверлить отверстие в волоке, но и тщательно обработать ее плоскости. Раньше отверстие в волоке просверливалось с помощью быстро вращающейся стальной иглы, покрытой алмазным порошком, смешанным с маслом. Просверлив алмаз на три четверти толщины, его начинали сверлить с другой стороны. Эта операция наиболее ответственная: оба отверстия должны были точно совпадать друг с другом, иначе ценнейший материал (а для волок используются алмазы высшего качества) будет испорчен. Продолжительность процесса сверления одной волоки исчислялась сотней часов.

В наше время для выполнения отверстий в волочильных алмазах используется лазер, который выжигает тончайшие отверстия в волоках за тысячные доли секунды. Выжигание отверстий в волоках успешно осуществляется также с помощью узкого электронного луча — направленного потока электронов.

В волоках природный алмаз все чаще заменяется синтетическим балласом.

Константин Сергеевич Станиславский вошел в историю как режиссер, мыслитель и теоретик театра. Но его деятельность как инженера-новатора также оставила след в развитии отечественной техники: созданный им цех алмазных волок стоял у истоков промышленности алмазных инструментов, получившей ныне широкое развитие.